Яндекс.Метрика
Геннадий Турецкий
Gennadi Touretski (USSR-RUS-AUS)
Фотографии и биографии




 


Дата рождения:
Место рождения:

Выдающийяся тренер, ученик Алексея Красикова, мастер спорта по плаванию.

Тренирует выдающегося и гениального пловца Александра Попова.
В разные годы у него также тренировались такие пловцы, как Михаил Зубков, Геннадий Пригода, Вениамин Таянович, Владимир Пышненко, Майкл Клим(Mike Klim), Мэтт Дан (Matthew Dunn ), Рэй Наас (Ray Hass)

Долгое время работал со сборной Астралии, пока неблагодарные аборигены не вынудили его уйти. В настоящее время главный тренер сборной Швейцарии.

Из статьи "Скелеты в шкафу Александра Попова"

По свидетельству медиков, из-за старой травмы головы Турецкий иногда впадает в беспамятство и перестает контролировать себя. Приступ случился в августе 1995 года в самолете, когда Геннадий, возвращавшийся из США в Австралию, укусил пилота. «Мне его задница не понравилась, желание впиться в нее зубами было столь велико, что я не стал сдерживаться», — прокомментировал он свой поступок. Иные, правда, приписывают эту историю не заболеванию, а увлечению тренера спиртным. Но мы не прокуроры, чтобы докапываться до истины. Он отсидел положенный месяц за решеткой на Гавайях, над территорией которых и произошло хулиганство. Кстати, окошко его камеры выходило на океан, а в клетушке имелся телевизор.

В апреле 2001 года в сейфе, украденном из дома Турецкого и найденном взломанным в пруду, отыскали запрещенные препараты. Геннадия на полгода отстранили от работы, а затем оправдали (он понес убытки порядка 40 тысяч австралийских долларов, так как услуги его адвокатов стоили 280 долларов в час) за неимением косвенных улик его причастности к хранению допинга. «От меня ушли все ученики, в том числе двукратный олимпийский чемпион Майкл Клим, испугавшись, наверное, что я буду осужден за историю с допингом. Не желали видеть меня в роли проигравшего. Австралийцы – гордый народ. А Попов остался. Он русский" -сказал позже Турецкий.

цитата (Алексей Красиков): "
- Что же вы из него выдающегося пловца не сделали? Телосложение не позволило?

- Да он не очень-то и пытался. Гораздо больше увлекался музыкой, на бас-гитаре играл, учил английский. Хотя учиться не любил, несмотря на то, что вырос в образованной семье. Несколько раз поступал в разные институты, но энтузиазма хватало максимум на два года. Зато тренер из него вышел умнейший. "


"НЕ НАДО СМОТРЕТЬ, КТО ПЛЫВЕТ СБОКУ. НАДО ДУМАТЬ, КАК ПЛЫТЬ ВПЕРЕДИ"
(По материалам сайта http://www.sport-express.ru/)

Беседовала Елена Вайцеховская

Недавний чемпионат мира по плаванию в Москве российских болельщиков не порадовал. Зато для знаменитого тренера Геннадия Турецкого стал поводом после долгой разлуки посетить родной город. Одним из пунктов его московского маршрута стала редакция "СЭ".

К нам в гости Геннадий Турецкий приехал после продолжительной прогулки по Москве, где не был девять с половиной лет. С барселонских Игр, где самый знаменитый из его учеников, Александр Попов, выиграл два золота, а еще двое - Владимир Пышненко и Вениамин Таянович - стали чемпионами в эстафете 4х200 метров вольным стилем. Мировой рекорд в той эстафете стал для Турецкого первым. Сейчас на счету его учеников почти 50 высших достижений. Вот только их авторами становились в основном австралийцы, наиболее известный и титулованный из которых - Майкл Клим.

Не изменилось за эти годы лишь одно: главной для себя Турецкий до сих пор считает работу с Поповым. "Если бы у меня не плавал Попов, - сказал он однажды, - мне было бы неинтересно работать. А если бы не плавал Клим, я всего лишь не получал бы зарплату".

ПРАЗДНИК ЖИЗНИ


- Какое впечатление произвела Москва после столь долгого отсутствия?

- Праздник жизни! Встретил огромное количество людей, представляющих последние четыре поколения российского плавания. И всех знаю - я ведь в спорте с девяти лет. Бесконечное общение, чувство, что им тоже приятно меня встретить, рождали совершенно фантастическое ощущение. Я ведь родился в Москве. Мог бы, наверное, приехать и раньше, в отпуск. Но приехать по делу - особое удовольствие.


- Не любите отдыхать?

- Не умею, наверное. Куда бы ни выбирался, всегда с собой несколько килограммов книжек, теннисная ракетка - особенно увлекся игрой после операции на сердце.


- До этого вам пришлось пережить многомесячное отстранение от работы, пока шло судебное разбирательство, связанное с ограблением вашего дома. Изоляция была полной или вы как-то контактировали со своими спортсменами?

- Хотя мой контракт с Австралийским институтом спорта был приостановлен, мне оборудовали офис дома, поставили новый компьютер взамен украденного, протянули кабель. В общем, создали все условия, чтобы я не отрывался от жизни института. Периодически обращались и тренеры сборной. В частности, когда Клим перед чемпионатом мира сломал ногу. Перелом сразу не диагностировали - думали, повреждение связок. Что делать и везти ли спортсмена на чемпионат вообще, никто не знал. Я посоветовал Майклу ехать и не забивать себе голову раньше времени. Объяснил, что за ним стоит такая подготовка, которой хватит для высокого результата, даже если пару недель вообще не тренироваться. Так и произошло. В Фукуоке Клим очень быстро проплыл в первый же день - показал 48,8 на первом этапе эстафеты 4х100 метров вольным стилем. А вот потом началась эйфория. Когда он мне позвонил радостный после заплыва, я по его состоянию понял, что дальше будет лишь хуже: Майкл очень возбудим, ему нельзя позволять до такой степени радоваться. Вот и не выдержал. Мог выиграть свою коронную дистанцию 100 метров баттерфляем, но проиграл. Был бы я рядом, думаю, этого бы не случилось.


- А как получилось, что этот сезон вы начали лишь с одним австралийским учеником?

- Климу я сам посоветовал уехать из Канберры: он дошел до кризисного состояния, и нужно было кардинально что-то менять. Двое других - спринтеры Дэвид Дженкинс и Барри Маткович - начали сезон с другим тренером. Меня, что называется, поставили перед фактом. Официальная версия заключалась в заботе о моем здоровье. Мол, хотели поберечь после операции, не нарушать реабилитационный период. Тренер, который стал с ними работать, до этого тренировал брассистов. Но решил попробовать себя в спринте и очень уповал на американскую методику работы с большими сопротивлениями. Меня это сильно разочаровало. Мы-то эту технологию лет 15 назад проходили. И тогда же поняли, что скаковую лошадь нельзя запрягать в телегу. Надо не отягощать нагрузку, а, напротив, плавать с применением устройств, облегчающих работу.

В результате ни Дженкинс, ни Маткович в сборную не попали. Хотя Дэвид в прошлом году выиграл три этапа Кубка мира, плавал стометровку за 49,7.

ПРОЕКТ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВАЖНОСТИ


- Помнится, вы говорили, что в 95-м, во время месячного заключения в гавайской тюрьме, написали новую компьютерную программу для плавания. А что придумали, просидев почти год без работы в Австралии?

- Меня привлекли к очень интересному проекту. Назывался он Project of the Mind и поддерживался лично премьер-министром Австралии. Суть его, если коротко, в том, чтобы не просто усовершенствовать работу мозга, а получить максимальную интеллектуальную отдачу в государственном масштабе. В Австралии отличная образовательная программа, позволяющая очень быстро научить детей читать, писать. Но если ребенок особо одарен в какой-то конкретной области, не факт, что его талант будет своевременно замечен. Одно из направлений программы - специальные публикации. Меня, как человека, который официально входит в двадцатку наиболее успешных людей Австралии, попросили написать главу о чемпионах в спорте. Попытаться объяснить, что именно делает этих людей чемпионами. Тема заинтересовала. Заставила задуматься о том, что еще двадцать лет назад спорт был совершенно другим. Тот спорт я бы назвал играми патриотов. Сейчас он во многом манипулируется средствами масс-медиа, которые используют выдающихся атлетов как носителей рекламы, информации. И всем это нравится. Взрослым, детям. Клим, например, имея корпоративный контракт на три миллиона в год, миллион получает от телевизионного "Канала 9". С этим надо считаться. Своим пловцам я постоянно объясняю: если вам задают вопросы, значит, вы интересны. И не надо бояться прессы - вас никто не укусит. Серьезным отношением к средствам массовой информации карьеру можно только улучшить.


- Мы несколько отклонились от темы. Что все-таки отличает чемпиона от нечемпиона?

- Есть одно качество, которое я назвал бы помехоустойчивостью. На английском языке это называется freedom from destructions. He отсутствие проблем, но свобода от них, умение абстрагироваться от второстепенного. Научить этому сложно. Но если постоянно в этом направлении работать, психологическая устойчивость человека в соревнованиях, то есть в стрессовых ситуациях, возрастает. Соответственно повышается и стабильность выступлений. Почему начались трудности у Клима? Да потому, что он перегрузил себя проблемами, в том числе и надуманными. Я посоветовал ему для начала полгода отдохнуть, после чего он, собственно, и уехал из Канберры. Но выдержал две недели. Потом, видимо, испугался, что теряет время, начал чересчур активно тренироваться, а еще через шесть недель попал на операционный стол с ущемлением спинных нервов. Подобные вещи - показатель, что спортсмен стал работать не в том направлении. Повлиять на него я уже не мог.

В РОССИИ ПРОФЕССИОНАЛОВ БОЛЬШЕ


- Если бы Рэй Хасс, который остался работать с вами, не сумел попасть в национальную сборную, вы, получается, были бы тоже отстранены от нее?

- Да. Я допускал такую возможность, но ничего страшного в этом не видел. Тренировал бы его и Попова в Канберре. Во всем ведь есть положительные стороны. Пока я вынужденно сидел дома, получил наконец неограниченное время для чтения. Брать книги в библиотеке не очень люблю. Покупаю, заваливаю стол и читаю несколько штук одновременно.


- И что именно?

- В основном научную литературу. За границей часто возникает дефицит общения с высокопрофессиональными людьми. В России такой проблемы не существовало в принципе. Если у меня, к примеру, появлялся вопрос, связанный с гидродинамикой, то не было никакой сложности в том, чтобы через общих знакомых или напрямую найти специалиста соответствующего профиля. Или взять спортивную инженерию. В России, не исключено, в нее придут люди, которые монтировали космические аппараты. В Австралии инженеры тоже есть. Но потенциал их, мягко говоря, невысок. К тому же там, как в любой западной стране, всегда есть барьеры между специалистами различных областей. Например, промежуточное звено между медициной и спортом - спортивная медицина. Но сводится она к тому, что врач дает спортсмену ту или иную таблетку с гарантией, что препарат не входит в список запрещенных.


- А как насчет взаимодействия представителей разных видов спорта в вашем институте?

- Это не институт, а, скорее, центр олимпийской подготовки, где работают специалисты самого разного профиля: психологии, биомеханики... Полгода назад один из них, Питер Бланш, который возглавляет отделение физиотерапии, предложил мне сделать специальную компьютерную программу, основанную на технике Попова. Нам удалось создать трехмерное изображение, которое можно рассматривать и анализировать в любом ракурсе. Было бы, наверное, логичнее, если бы такая идея пришла с кафедры биомеханики. Но как бы то ни было, главная фигура, обеспечивающая взаимодействие всех областей науки, - тренер.

"РЫБЬЯ ШКУРА"


- Вы были одним из главных разработчиков скоростного комбинезона Speedo. Прошло уже два года его активной эксплуатации. Как вы считаете, этот костюм может быть улучшен? Или тестирован для выявления слабых мест?

- Я всего лишь предложил идею: костюм прежде всего должен быть жестким. Жесткая конструкция лучше позволяет передать движение с одного элемента цепи на другой. Разрабатывала комбинезон специальная группа из шести человек, куда, кроме меня, входили самые разные люди. Специалист Британского музея по рыбам, биомеханик из США... Идея "рыбьей шкуры" очень сильно заинтересовала исследователей во всем мире. Во всех областях, связанных со скоростью передвижения, подобные исследования ведутся постоянно. В автомобильном спорте, кстати, большинство тестов на сопротивление проводится в воде. Задачи вполне сопоставимы. Ведь когда Попов плывет стометровку, его скорость в воде соответствует 180 км/ч на поверхности. Костюм мне нравится и тем, что пловцы чувствуют себя в них по-другому. Лучше, увереннее, привлекательнее. Это, кстати, одна из причин, по которым эти костюмы за полтора года эксплуатации полностью перепрофилировали рынок. Спрос на них бешеный, хотя стоят они в двадцать раз дороже, чем плавки. А вот насчет улучшить... Пока не очень могу откровенничать на эту тему.


- Во время чемпионата мира в "Олимпийском" вы обмолвились, что жалеете об отказе Попова в Сиднее плыть в костюме. Почему он принял такое решение?

- У него не было опыта плавания в костюме: Arena, с которой у Саши контракт, свой вариант комбинезона выпустила позже. Идею запустить костюм Speedo за год до Игр отстоял, кстати, тоже я. Изначально было запланировано сделать это накануне Олимпиады. Вот в этом случае их никто не надел бы. Кроме этого, у Саши изумительный природный баланс, очень талантливая конструкция тела - костюм для него не так важен. А вот Клим чересчур мягкий - антропометрическая особенность такая. Мне идея костюма и пришла в голову, когда я его тренировал.


- Почему бы не надеть на Попова такой костюм сейчас, раз он продолжает плавать?

- Ну наденем - и что? Гораздо интереснее найти идею использования резервов тела. Саша сейчас много занимается физподготовкой с бывшим российским гимнастом, который живет в Канберре. И когда я смотрю на эти занятия, постоянно думаю: какие же мы, пловцы, тупые. Есть ведь масса механизмов, о которых не подозреваем. Одна из проблем Попова заключается в том, что он быстро теряет тонус мышц. Перелет, акклиматизация - и можно уже не плыть. Вот и пытаемся что-то придумать, чтобы этот тонус не терять. И ни в коем случае нельзя идти старым путем. Прогресс ведь двигают идеи. Без них неинтересно.

ПРОСТО УЧАСТВОВАТЬ - СКУЧНО


- Никто из выдающихся спринтеров не выступал на четырех Олимпиадах. Ваше с Поповым решение продолжать плавать до Игр в Афинах - очередной эксперимент?

- Специально такие вещи не задумывают. Просто после каждых Игр возникает вопрос: "А что дальше?" Когда Саша сказал, что хочет выступить в Афинах, я поинтересовался, как именно он хочет выступить. Продолжать плавать на уровне собственных стандартов - это одно. В этом случае тоже можно выиграть. А можно и проиграть. Как в Сиднее, где Попов проиграл лишь потому, что не коснулся, как надо, на финише. Он и сейчас в Москве не коснулся. Потому что привык - не касаться. Девять лет плавал так, что мог себе это позволить: был на порядок выше, чем остальные. Именно поэтому идея "просто поучаствовать" мне неинтересна. Невелико счастье так плавать. И я сказал, что в этом случае буду искать какие-то новые точки приложения собственных сил и фантазий. А вот если он хочет плыть по длинной воде так, как сейчас плавает по короткой, где его мировой рекорд на "сотне" - 46,7, это способно меня как тренера вдохновить.


- И что вам ответил Попов?

- Что все понял.


- Вы считаете, что в 30 лет спортсмен способен выйти на более высокий уровень, чем в 25?

- Для начала хочу добиться, чтобы Саша начинал дистанцию с легкостью. Тогда легче удерживать скорость на финише. Мы бьемся над этим уже семь лет, и пока не получается: он сразу начинает плыть жестко. Идеального плавания я у него не видел никогда. Даже в Атланте. Теоретически 50 метров вполне можно плавать быстрее двадцати секунд. Мы много работали над стартом, и я уверен, что старт у Попова сейчас лучший в мире. Над поворотами не успели, но время есть. Над касанием... Можно, конечно, но, наверное, таким образом стандарт не сильно поднимем. Обогнать время - действительно интересная задача. И не надо смотреть, кто плывет сбоку. Надо думать, как плыть впереди.

СЕКРЕТЫ РАВНОВЕСИЯ


- Как вообще приходят идеи новшеств?

- Знаете, когда я еще тренировался сам, мой тренер Алексей Федорович Красиков постоянно обращал мое внимание на то, как плавают сильнейшие на тот момент спортсмены. Я смотрел и постоянно чего-то набирался. Методика ведь почти всегда рождается одинаково: все смотрят друг на друга, заимствуют идеи. Когда в плавании появился Попов, все долго его рассматривали. Американцы даже исследование опубликовали - как Попов вращает в воде тазом и от этого плывет. Я приезжал в США читать лекции, так не удержался, спросил: как они себе это представляют? Для того чтобы от такого движения был эффект, надо прежде всего иметь опору. Иначе получится примерно то же самое, как бить по мячу клюшкой для гольфа, стоя на льду. Так вот эту опору Попов создает себе ногами. Когда я говорил австралийцам, что он плавает 50 метров на ногах за 27 секунд, мне пытались доказать, что это невозможно и не нужно. А тренер Иана Торпа посмотрел, послушал молча и стал пробовать. И если бы не научил этому Иана, тот с его-то ножищами скорее утонул бы, чем мировым рекордсменом стал. Физподготовкой австралийские пловцы почти не занимаются. Тот же Торп до прошлого года не мог ни разу подтянуться на перекладине. В этом году праздновал с тренером достижение - три с половиной раза. Вот и я всегда смотрю, как сделать работу лучше. Что развивать - гибкость, технику, согласование движений. Скажем, мировой рекорд на стометровке - 48,42 - пришел через соревновательную подготовку. В тот год Саша выступал каждый третий день - получилось сто стартов в году. Это позволило раскрыть какой-то глубинный потенциал.


- Возможно ли создание нового, более быстрого вида плавания, нежели кроль, который традиционно принято именовать вольным стилем?

- На сегодня кроль наиболее быстрый способ. Клим плавал по-другому: работал ногами, как в баттерфляе. Телосложение позволяло. Чистый кроль - более гладкий. Чем мягче плывешь, тем быстрее получается. Приведу достаточно очевидный пример: если у рыбы отрубить хвост, она намного медленнее плыть не будет. Хвост нужен только для маневра - чтобы гасить или использовать турбулентные потоки. Но плывет рыба туловищем. При этом центр тяжести сдвинут к голове, то есть создает положительный вектор. У человека баланс сдвинут в сторону ног. Должен сказать, что у большинства пловцов чувство равновесия вообще развито слабо. А у выдающихся, напротив, очень хорошо.


- Чувствуется, вы не зря проводили столько времени в дельфинариях и океанариумах.

- У морских животных чувство баланса развито лучше. Кошка, например, мяч на носу не удержит. А морской котик - запросто.


- После чемпионата мира, где 50 метров вольным стилем неожиданно для многих выиграл аргентинец Хосе Меоланс, вы сказали, что не удивлены, потому что видели, как танцует его тренер. Что имели в виду?

- Однажды в Америке мы оказались в одной компании на дискотеке. Я смотрел на него - не мог оторваться. Человек не делал ничего особенного, руками не крутил, головой не дергал. Но впечатление - вот этим отсутствием лишних движений - оставлял фантастическое. Очередь стояла с ним потанцевать. Наверное, есть закономерность в том, что его спринтер плывет так ритмично.

МОСКВА? ПИТЕР? САМАРА?


- Во время московского чемпионата вам не предлагали перебраться в Россию насовсем?

- Каждый второй вопрос был о том, когда я вернусь. Я встречался со многими влиятельными людьми, предлагались разные варианты работы на выбор - в Москве, Питере, Самаре. Я мечтаю когда-нибудь создать что-то вроде академии. Чтобы можно было приглашать молодых спортсменов, тренировать их вместе со звездами. Год, полгода, несколько месяцев. Вопрос - где? Сделать второй институт спорта, как в Канберре, наверное, нереально. Не надо забывать: в Австралии быстро плавают не только потому, что там так хорошо работают тренеры. Там еще и климат работает, и образ жизни. Пригласить к себе еще одного русского спортсмена я не могу: мне сразу зададут вопрос, за что я получаю деньги. А вот придумать программу, которая могла бы дать толчок российскому плаванию, вполне можно. Но это вопрос будущего. Основные для меня сейчас цели, которые я ставлю Попову на следующие два года.


- Есть идеи, реализовать которые Попову может помешать возраст?

- Безусловно. И в связи с этим нужно прежде всего сбалансировать режим жизни. Все, чем Попов занимается, я бы условно разделил на три области. Первая - семья. Есть дети, жена, которая не должна жить скучно, - в театр сходить иногда надо, в гости. Есть тренировки и выступления. И, наконец, общественная деятельность. Работа в МОК, Международной федерации плавания. Тоже очень важная часть. Мой хороший знакомый - представитель фирмы Omega - сказал недавно, что у Саши может сложиться фантастическая политическая карьера. Но нельзя делать ошибки. Вот мы, например, решали, ехать или не ехать в Москву на чемпионат мира. Сами эти соревнования для Попова не так важны. В большей степени приезд сюда - работа на федерацию плавания, на ее имидж, на имидж плавания в целом. Поэтому я объяснил Саше, что прекрасно понимаю его колебания: не так часто у него бывает возможность задержаться дома, побыть с детьми. Но ехать надо. При этом составить программу выступлений так, чтобы, не особо напрягаясь, выступить достойно. Я видел прием, который ему оказывают в России. Даже дети. Для них он - та личность, которая подстегивает интерес к спорту. Соотношение между этими тремя областями постоянно меняется. И надо думать, как максимально сбалансировать план работы, который мы реализуем. Иногда проще привезти семью в Европу, где надо выступать, чем лишний раз ехать в Австралию. Короче, делать все возможное, чтобы не трепать иммунную систему, не расходовать энергию впустую. Чтобы одно другому не мешало, а помогало.

ГАРАНТИЯ ОДНА: ПЛЫТЬ БЫСТРЕЕ


- Вы когда-нибудь задумывались, что будет со спортом лет через 50?

- Хотите, расскажу, что будет через пять-шесть? Недавно прочитал потрясающе интересную статью в американском научном журнале. Вы знаете, конечно, что в каждой мышце есть быстрые и медленные волокна. Есть и промежуточные, которые посредством определенной работы можно сориентировать на быструю или медленную работу. Так вот, речь шла о создании искусственного гена, который менял бы соотношение этих волокон без специальных тренировок. Более того, этот ген ученые додумались посадить на бактерию. Капнул в нос - и все. Через полгода ты готовый спринтер, способный пробежать стометровку за 8,8.


- А нужен ли такой спорт?

- Вопрос хороший. Но рассуждать с этой точки зрения, боюсь, поздно. Это уже данность. Лично мне кажется, что даже такому подходу можно что-то противопоставить. Мы ведь тоже постоянно занимаемся отбором, стараемся найти ребенка с хорошей генетикой. В свое время профессор Тихвинский предлагал идею спортивных детских садов для детей с хорошей генетикой. Чтобы создавать условия максимально раннему раскрытию таланта. И не понадобится никакого выведения искусственных людей.


- Давайте порассуждаем иначе. Скоростной комбинезон, который вы придумали, создан прежде всего для того, чтобы помочь спортсмену перешагнуть новый рубеж скорости. Почему тогда запрещают допинг? С фармакологией борются, а с костюмами нет?

- С костюмами тоже борются. В процессе разработки нашего мы прошли два суда. И выиграли их. Допинг - дело другое. Считается, что препараты, внесенные в список, при неправильном употреблении могут искалечить спортсмена. Хотя граница непонятно где. Для одного человека - одна, для другого - другая. Мне кажется, что существующий список запрещенных препаратов вполне можно сократить. Нынешняя форма борьбы с допингом приняла форму паранойи.


- И ведет в тупик. Вам не кажется?

- В какой-то степени да. Но все имеет две стороны. Мне, скажем, не нравится, что действие допинговых средств не направлено на развитие личности. С другой стороны, и борьба с ним ограничивает свободу личности. Но меня, как тренера, гораздо больше волнует не это. А то, что никакая борьба с допингом не дает гарантии, что в финале все спортсмены стоят чистые. А значит, не защищает тех, кто ничего не принимает. Существуют формы допинга, которые не определяются. Что делать с генным вмешательством, если оно придет в спорт? По большому счету мне наплевать, кто плавает с допингом, а кто нет. Но когда случилась известная история с ограблением и шестеро полицейских восемь часов обыскивали мой дом в поисках запрещенных лекарств, а потом на много месяцев до конца судебного разбирательства я был отстранен от работы, у меня возник вопрос: если мой спортсмен зарегистрирован в картотеке, его более трехсот раз на протяжении года тестировали и ни разу не возникло сомнений в чистоте проб, это должно меня хоть как-то защищать? А ведь не защищает. Я не понимаю и того, почему спортсмен, который считает себя диабетиком, может использовать инсулин перед стартом, а не выступает среди инвалидов.


- Не так давно писали, что американский спринтер Гэри Холл заработал себе диабет именно из-за того, что, будучи здоровым, употреблял инсулин.

- Вполне возможно. Инсулин позволяет быстро перенести углеводы из крови в мышечную ткань. Улучшает проникновение глюкозы в мышцы и повышает их мощность. В Америке выпускается специальное высокоуглеводное и очень концентрированное желе. Оно считается средством для восстановления. Но если съесть несколько тюбиков, уровень сахара в крови, естественно, повысится. И достаточно одной инъекции инсулина перед стартом, чтобы реализовать энергию. Я говорил об этом еще до Игр в Сиднее. Меня не слушали. А совсем недавно бывший главный тренер Австралии Дон Тэлбот мне тот разговор напомнил. Сказал, что я был прав, призывая бороться с диабетиками.


- Вы верите в успех такой борьбы?

- Остановить тех, кто принимает допинг, можно лишь одним способом: плавать быстрее. Грант Хаккетт одной рукой на чемпионате мира 1500 метров выиграл - никого рядом не было. Что принимает? Да ничего. Плавать хорошо научился. Так что моя задача - от этой проблемы вообще абстрагироваться. И постараться сделать так, чтобы мой спортсмен плыл 50 метров не за 21,5, а за 20,5. Вот в этой ситуации совершенно наплевать, что принимали те, кто финиширует сзади.

Реклама:
Достоверность сертификата матрасы интернет.

Кресло цена компьютерное кресло ортопедическое aeron chair.